skip to Main Content
Меню

В Москве почтили память погибших в бесланской школе

Утро 3-го сентября началось с возложения цветов и венков к могилам бойцов спецподразделений «Альфа» и «Вымпел» и спасателей МЧС. Делегаты московских осетин разъехались по трем маршрутам — Николо-Архангельское кладбище, город Жуковский и деревня Юрово. Там, на местах уже ждали родные и друзья погибших воинов, чтобы вместе почтить их память минутой молчания.

«У каждой могилы собрались родные — жены, дети, отцы, матери. Для них, конечно же, важно, что ребят помнят. И хочется всем говорить, что мы здесь, мы все помним, мы всех чтим», — Олег Мириков, член Совета московской осетинской общины.

Ближе к 12 часам люди стали собиратьться в храме Покрова Пресвятой Богородицы на Кулишках. Настоятель отец Вячеслав отслужил поминальную литургию о невинно убиенных детях и жителях города и офицерах спецподразделений. Затем было возложение цветов и венков и запуск белых шаров в небо. Здесь, у памятника, не произносят речей, хотя всегда присутствуют официальные лица и представители различных общественных организаций.

«Нас сюда приводит зов сердца — мы чувствуем, что мы что-то упустили, что-то неправильно сделали. Мы хотим где-то в глубине души избавиться от этого чувства… Сегодня пришли и московские чиновники, пришли, потому что они на самом деле чувствуют глубину этой трагедии, а не потому что их кто-то прислал. На самом деле очень много людей понимают, насколько тяжелая эта трагедия и хотят как-то поучаствовать, смягчить боль. К сожалению, смягчить боль внутри себя намного сложнее», — Алан Абаев, председатель Совета московской осетинской общины.

Хотя 16 лет назад страшные события происходили почти за 2 000 километров от столицы, они изменили жизнь осетин и здесь. И даже сейчас времени не под силу стереть границу между ДО и ПОСЛЕ Беслана.

«Память — это прибежище совестливости, человеческой этики и добропорядочности. Но это одновременно еще и чистилище для всех нас. Только вот в такие моменты начинаешь сбрасывать с себя струпья наносного, ненужного, не имеющего никакой значимости. Начинаешь понимать ЧТО самое важное, почему стоит жить. А в человеческой жизни самое важное — это жизнь наших детей. Ради них мы существуем, ради них происходит все то, что есть, иначе все действия лишены какого-либо смысла», — Александр Тотоонов, первый заместитель Председателя Парламента РСО—Алания.

Имеено после событий 2004 года Александр Борисович сменил сферу деятельности — из крупного бизнеса ушел в политику. Ушел, чтобы что-то изменить в мире, где захватывают заложников и убивают самых беззащитных — детей.

«Беслан всегда был на особом счету в Постпредстве. По сути, с приходом Тотоонова коллектив был сформирован именно из актива волонтеров, помогавших пострадавшим — в Москву же сразу стали привозить раненых и при общине на постоянной основе самоорганизовались человек 150 волонтеров. Это все стихийно происходило. Очень много молодежи приходило с желанием помочь», — Таймураз Гобозов, бизнесмен.

Сам Таймураз тоже был в гуще событий: принадлежащий ему тогда сайт iriston.ru занимался координацией всей информационной деятельности: кто в какой больнице, кто над кем берет шефство, какая необходима срочная помощь. К слову, к сентябрю 2004 года осетинских сайтов в общей сложноости всего было 3-4, а поскольку iriston.ru был создан для освещения жизни московских осетин, он само собой стал информационным центром. Позднее, спустя некоторое время после сентябрьских событий, Таймураз поступил на службу в Постпредство, где и проработал несколько лет.

«В целом, речь идет о том, насколько может цель опрадывать средства. Люди в погоне за достижением своих целей используют различные средства. У нас должны быть внутренние моральные барьеры, что вот эти определенные средства недопустимы. В том числе подвержение ребенка риску смерти. Человечство должно на примере Беслана понять, что нельзя так делать. Какие бы цели не преследовались», — Таймураз Гобозов, бизнесмен.

Из выживших после теракта детей многие проживают сегодня в столице. Хетаг Кусаев, сотрудник Постоянного Представительства, бывший заложник. По иронии судьбы он уже несколько лет занимается подготовкой и проведением траурных мероприятий, посвященных бесланским событиям. Общительный и коммуникабельный парень сам никогда не комментирует тему Беслана.

«Не только я один не хочу об этом говорить… вон стоят ребята — Борис и Ацамаз. Тоже из Беслана, они тоже никогда не дают интервью… во-первых, мы не любим это дело, во-вторых, журналисты оставляю только то, что им подходит… какой смысл говорить об этом тогда?..  я Вику всегда подписываю на это…» — Хетаг Кусаев, начальника отдела по информационной поддержке и связям с общественностью Постпредства.

О Вике,  точнее, Виктории Кцоевой часто пишут журналисты. Жажды жизни в этой молодой девушке оказалось столь много, что она совершила настоящий подвиг — победила смерть.

«Что мотивирует рассказывать об этом?.. я считаю что люди во всем мире не должны забывать о том горе, которое произошло с детьми и делать правильные выводы: зачем и почему это все случилось…
Это были не просто три дня. Благодаря этим трем дням я стала тем кто я есть сейчас. Мне кажется что после пережитого я стала яснее понимать, чего я хочу от жизни. Это дорогие мне три дня, и я не хочу чтобы они оставалось в прошлом или притупились. Я хочу остро чувствовать их всегда», — Виктория Кцоева, ответственный секретарь Комиссии по миграционным вопросам и социально-культурной адаптации иностранных граждан Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям.

Фильмы кинодокументалиста Вадима Цаликова о заложниках школы №1 видели практически все. Эти непридуманные истории с непридуманными героями заставляют содрогнуться даже самых стойких. Но не говорить об этом Вадим просто не мог. Беслан перевернул всю его и творческую и личную жизнь.

«Одна из моих героинь — Надежда Цалоева-Гуриева — это тот человек, с которым мне было больнее всего общаться. Человек, который потерял двоих детей, но нашел в себе силы вернуться в школу, продолжать учить детей, и в этом, наверное, некое преодоление себя. Это действительно стойкость, понимание, что нужно продолжать жить, что нужно растить детей, что нужно делать так, чтобы они помнили о том, через что мы все прошли», — Вадим Цаликов, кинорежиссер, сценарист, художник.

Среди журналистов, освещающих сегодняшнее мероприятие была Татьяна Дубровина. Для нее каждый сентябрь последних 16 лет начинается с Беслана, каждый год в эти дни она приезжает туда.

«Наверное, у каждого кто там побывал, Беслан сидит внутри. К сожелению, пандемия внесла свои корректировки и я не смогла сегодня быть там. Но не быть хотя бы здесь я тоже не могла — это нельзя, это не в моих правилах», — Татьяна Дубровина, журналист.

Татьяна оказалась у захваченной школы в 2004-ом потому что у нее такая работа — быть на месте происшествия. Она и сама тогда не могла и предположить, что Беслан — это навсегда. Это внутри каждого, кто прошел его даже по касательной.

«Я поражаюсь до сих пор силе воли этих детей. Они нашли в себе силы жить, они нашли в себе силу помнить. У каждого своя история, но они все помнят. Истории спецназовцев, которые каждый угол, каждый закуток этой школы помнят… как такое забыть?! Забыть им это невозможно. Мне тоже», — Татьяна Дубровина, журналист.

Среди тех кто впервые оказался здесь на улице Солянка у памятника жертвам Беслана — молодая девушка Анна, выпускница долгопрудного физтеха. Казалось бы, им молодым легче не «заразиться» и не с такой болью помнить. Но они хотят. И собираются помнить.

«Пока мы помним, есть вероятность, что этого больше никогда не произойдет. И надо еще делать правильные выводы. Нам, людям, нужно осознать нашу ценность, ценность самой жизни, каждой жизни. Я сегодня увидела картинку, что шутки про Шифутинского придумали те, кто хочет чтобы все зыбыли про Беслан. Мы не должны этого допустить», — Анна.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back To Top
Close search
Поиск