skip to Main Content

Подарок важнее тюльпанов: в Северной Осетии заговорили о домашнем насилии

Тринадцать женщин поделились с художницей Алисой Гокоевой историями, о которых больше не хотят молчать. Это Кавказ рассказал о том, зачем это было нужно, и опубликовал отрывки из их монологов.

Восьмого марта на набережной в центре Владикавказа открылась фотовыставка «Вы вообще люди». На ней представлены портреты 13 женщин — все они когда-то пережили насилие или переживают его прямо сейчас. Под фото — рассказы героинь об их печальном опыте. Автор работ — художница Алиса Гокоева, по мнению которой такой подарок жительницам Северной Осетии «гораздо важнее тюльпанов». Воплотить идею в жизнь ей помогла подруга — журналистка Бэла Накусова.

Название выставки не случайно. Фраза «Вы вообще люди» — отсылка к одной из историй проекта. Ее произнес врач скорой помощи, обращаясь к мужу и свекрови героини, когда попросил женщину перестать закрывать лицо.

— Только в этот момент наша героиня поняла, что с ней произошло что-то жуткое, — объясняет Алиса. — Эта фраза про всех: и про тех, кто совершает насилие, и про тех, кто является его жертвами. И про нас — равнодушных и неравнодушных. В конце фразы нет знака препинания. Я хочу, чтобы каждый зритель сам поставил запятую, точку или вопрос.

Твоя мама, твоя сестра, твоя подруга

Лица женщин на портретах закрыты развевающимися платками. Платок не только решает вопрос анонимности — для художницы это символ.

— Почему-то стыдно бывает жертве, а не тому, кто совершает насилие. Каждая героиня повторяла: «Мне было так стыдно». Общество виновато. Именно оно перекладывает всю вину на жертву. И на снимках героине вроде как еще стыдно, но платок уже слетает, она освобождается от этого стыда, делает шаг навстречу свободе. Ветер уносит вместе с платком все ее горести.

Платок решает еще одну задачу. Несмотря на то, что каждая героиня поделилась своей личной историей, на каждом баннере добавлена подпись — твоя мама, твоя сестра, твоя подруга. Автор предлагает посмотреть на снимки и признать, что жертвы домашнего насилия живут не на страницах криминальной хроники, а рядом с нами: учатся на одном курсе, живут рядом в подъезде, работают в соседнем кабинете.

Между тем две героини проекта пожелали показать свои лица. Они тоже в платках, но прозрачных.

— Когда одна из них сказала, что не против показать лицо, я спросила: «Ты не против потому, что уже отпустила эту историю, для тебя это легко, все в прошлом?» — вспоминает Алиса. —  А она ответила: «Нет, потому что для меня это очень сложно».

«Не люблю, когда обижают слабых»

Алиса говорит, что искать героинь было непросто: не многие готовы рассказать о своем опыте, тем более что в республике не принято «выносить сор из избы». Но все же на ее призыв в соцсетях откликнулось около 30 человек.

— Я понимаю, что люди по какой-то причине мне доверяют, и это сыграло свою роль, считает автор.

Проект о домашнем насилии художница пыталась сделать в течение пяти лет, но оказывалась к нему внутренне не готовой. Проводила первые съемки, но дальше дело не шло.

— Я считаю, что все, что человек делает, автобиографично. И делается это, чтобы решать какие-то собственные проблемы. Собственно, это я и сделала. Почему возник проект? Я вообще не люблю, когда слабых обижают. Наверное, каждый человек хоть в кокой-то форме, но испытывал на себе насилие. У многих это было в семье, в детстве, со стороны членов семьи. И моя семья в этом смысле не образцово-показательная ячейка общества. Я знаю, что это такое, когда ты испытываешь, так скажем, неприятные ощущения, не считая, что ты в чем-то виноват.

Истории не про мужей и жен

Участницы выставки «Вы вообще люди» — не только пострадавшие от физического насилия со стороны мужей. Это максимально объемно рассказанная история домашнего насилия во множестве его лиц, уточняет автор. Здесь есть истории о сексуальном домогательстве по отношению к детям, истории экономического и морального насилия.

Изначально Алиса была нацелена снимать женщин — потом что именно они чаще подвергаются насилию. Однако, объявляя о том, что ищет героев для проекта, она отметила, что это могут быть и мужчины. На практике оказалось, что для такого шага еще слишком рано.

— Наше общество не готово даже к признанию того, что от домашнего насилия страдают женщины. А до мужчин еще ой как далеко. Я знаю такие примеры, но не знаю ни одного мужчины, который готов рассказать свою историю — с закрытым или открытым лицом, — говорит она. — Мы не готовы перешагнуть сразу несколько пролетов.

Почему они не уходят

А. История, из которой мы узнаем, что у детей должны быть границы

В детстве А. дважды подверглась сексуализированному насилию со стороны своих родственников — пятилетней и семилетней. А. ощущала себя виноватой и не рассказала об этом родителям. Сейчас она воспитывает сына и считает, что нужно выстраивать доверительные отношения и заниматься половым воспитанием.

«…Мне 7 лет, и со мной никто не разговаривал об этом. Я понимала, происходит что-то неправильное, но что именно неправильное — не понимала. Когда это случилось, он сделал вид, что ничего не было. И по мере того, как я росла, моя ненависть к нему тоже росла. На встречах с родственниками он говорил „Привет“, а я хотела сказать: „Привет, я все помню“. Сейчас он женат, и у него двое детей. И парадокс в том, что я очень люблю его детей. И сейчас у меня внутри нет ненависти, я не живу с ней».

Все 13 героинь проекта — жительницы Северной Осетии. Самой младшей — 23 года, самой взрослой — 46 лет. Она единственная из всех еще находится на стадии разрыва отношений со своим абьюзером: уходит и возвращается.

—  Для этой героини весь процесс был очень болезненным. Остальные говорят о своем опыте как о чем-то пережитом. А она две недели назад в последний раз испытала насилие. И признается, что участвовала в проекте в том числе затем, чтобы себя поддержать и не сделать снова шаг назад.

Эта история предлагает задуматься и над тем, насколько непрост ответ на частый недоуменный вопрос: «Почему они возвращаются к агрессорам?»

— Героиня знает, что сегодня поговорят, а завтра забудут. Но все равно в ней сидит страх осуждения, — объясняет Алиса. — Легко сказать: встала-ушла. Легко сказать: сама виновата. Вообще, очень легко вешать ярлыки. Но если такое количество людей существуют в этой проблеме, значит, непросто из не выбраться.

Для каждой из женщин участие в проекте стало своего рода психотерапией. Несколько из них признались, что впервые вслух произнесли свои истории.

— Не знают их родители, близкие, друзья. Никто не знает. Просто представьте: человек впервые за 25 лет вслух это произносит. Это огромный шаг, — считает художница. — Это обличение. Говорят, бесы боятся обличения. И здесь так же: скажешь — и уже не так страшно.

«Лучше вынести сор из избы, чем гроб из дома»

Н. История, из которой мы узнаем, что женщины, терпящие насилие в семье, так или иначе потеряют своих детей

Отец Н. бил и ее, и ее мать. С 11 лет она стала жить с бабушкой, в 17 — вышла замуж и уехала от родных. Муж Н. не применял по отношению к ней физического насилия, но оказывал моральное давление, изменял и унижал. Н. долго не решалась уйти от него, пока об этом ее не попросила дочь. В этот момент женщина поняла, что идет по следам своей матери.

«Прошлым летом я провела месяц в родном городе. Мама до сих пор живет с отцом. Теперь они достойная парочка. Постоянно унижают не только друг друга, но и двух моих младших сестер. Это отвратительно, и я понимаю, что такое же будущее ожидает меня, если вернусь к мужу. Моя дочь будет презирать меня так же, как я свою мать. И так же ненавидеть отца и представлять, как зарежет его однажды ночью».

Помимо стендов с портретами на выставке установили стенды с распечатанными комментариями из социальных сетей. На них — свободные места, которые посетители могут заполнить сами. Такой «допустимый вандализм» необходим, чтобы люди могли выплеснуть накопившиеся эмоции и мысли, считает фотограф.

— Когда я сделала объявление о проекте про домашнее насилие в соцсетях, пошли комментарии. Определенная категория людей считает, что говорить об этом значит позорить Осетию. Извращенная позиция: зачем выносить сор из избы? А я считаю, что лучше вынести сор из избы, чем гроб из дома, — объясняет Алиса. — Общество настолько не отрефлексировано, что лучше пусть люди выплескивают свои эмоции, чем молчат. Мы даем возможность высказаться и стать участником дискуссии. Вовлечение очень важно.

Чтобы получить у городской администрации разрешение открыть во Владикавказе уличную фотовыставку на тему домашнего насилия, художница прибегла к небольшой хитрости, признается она.

— Власти нас поддержали. Но надо признать, что я не обо всем упомянула. Я сказала, что это социальный проект, посвященный женщинам, что это мой подарок им на 8 Марта. Я сделала это, чтобы самих людей уберечь от необходимости совершать выбор: разрешать или нет. Я решила взять всю ответственность на себя. И потом, скорее всего, выставка просуществует всего несколько дней. Думаю, за это время за нее не успеют кого-то отругать.

Просто замечать

К. История, из которой мы узнаем, что всегда можно начать сначала

Оба мужа К. применяли по отношению к ней физическое насилие. После второго развода она почувствовала, что изменилась. Она воспитывает детей, зарабатывает, переживает новую влюбленность и больше не боится.

«Я помню, как сидела с разбитым лицом, а он бережно потирал свою руку. А в это время по полу растекалась лужа крови. Моей крови. Я взяла майку в шкафу, приложила к лицу и стала ждать скорую. Когда доктор приехал, муж и свекровь стояли рядом. „Вы вообще люди?“ — спросил у них врач, когда увидел мое лицо. Он не спрашивал, как это произошло, не взывал к совести. Одного этого вопроса было достаточно, чтобы я представила, как выгляжу со стороны. И как выглядят они».

— Я иногда ловила себя на мысли, что после часа беседы с моими героинями мой мозг отключался. Он пытался защитить меня от этой информации. Мне приходилось возвращать себя в эту историю, — вспоминает процесс работы Алиса. — Вот говорят: смерть миллионов — статистика, смерть одного — трагедия. Когда ты смотришь на проблему как на статистику, то кажется, ничего страшного. Но ведь человек проживает свою единственную жизнь — и проживает ее в аду.

«Приходится доказывать, что проблема домашнего насилия есть»
Одна из основательниц североосетинского движения против насилия в семье Агунда Бекоева — о том, почему молчать дальше оказалось невозможным

Алиса Гокоева — участница североосетинского движения против насилия в семье «Сестры». Оно появилось в республике полтора года назад. За это время организаторы оказали адресную помощь нескольким десяткам людей.

— В этот проект меня привела Агунда Бекоева. Мы давно знакомы, и я понимала, что ей нужна поддержка. А я человек сильный, свободный и независимый. Кто, если не я? — рассказывает автор. — Сразу оговорила, что могу профессионально в этом поучаствовать, как фотограф. И сегодняшняя выставка как раз тому подтверждение.

Работа над проектом продолжается. Алиса планирует отснять еще несколько героинь, а потом опубликовать всю серию. По ее словам, главная миссия проекта — призвать окружающих вставать на защиту тех, кто в этом нуждается.

— Просто не молчать, просто замечать, когда рядом унижают, калечат, убивают по праву животной силы. И заступаться, и вмешиваться, и протягивать вовремя руку помощи. Что может быть более благородной темой для объединения, чем помощь слабому? Мало того, что ты вынужден жить с врагом, так ты еще и постоянно сталкиваешься с осуждением общества. Ты в тисках. Я понимаю, что завтра не проснусь в другом обществе, но я хочу, чтобы эти вещи менялись. А происходить это будет, если об этом громко говорить.

Милана Фарниева

Фото: Константин Фарниев

Комментариев: 0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back To Top
×Close search
Поиск